Член Общественной палаты Кемеровской области, ответственный секретарь Кемеровского областного союза журналистов Лариса Лекомцева приняла участие в обсуждении практики применения федерального закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», организованном Кузбасским медиаклубом.
«Закон вступил в силу 1 сентября 2012 года, и в соответствии с ним львиная доля средств массовой информации обязана маркировать свою продукцию по возрасту аудитории, на которую эта продукция рассчитана. Основные возрастные категории: «6+», «12+», «16+» и «18+», — рассказал модератор встречи медиаклуба – главный редактор радио «Кузбасс FM» Александр Винокуров. – По некоторым позициям закон оставил право редакциям самим принимать решение по установке возрастных ограничений, ответственность при этом возложив на главного редактора».
Правоприменение законодательного акта вызвало немало вопросов. В том числе, горячий спор возник по поводу востребованности закона в принципе. «Каждый из нас, родителей, вправе сам решать, что и в каком возрасте смотреть», – сообщили родители-участники встречи медиаклуба (в частности, Максим Шипачев, главный редактор сайта «КемИнфо» – демократично настроенный отец двоих малолетних детей, и Ольга Гулик, главный редактор журнала «Строительный Кузбасс», запрещающая 11-летнему сыну свободный просмотр телепрограмм).
Согласились с такой позицией Евгений Битук, главный юрисконсульт аппарата Уполномоченного по правам человека Кемеровской области и Валерий Жаронкин, начальник отдела надзора в сфере массовых коммуникаций Роскомнадзора по Кемеровской области. Представители государственных структур пояснили, что для родителей закон носит рекомендательный характер: не предусмотрено применение к ним каких-либо санкций за разрешение своим детям смотреть «не по возрасту» те или иные программы. Ответственность возлагается на СМИ и информационные носители, включая, кстати, информационные сайты, корпоративные сайты компаний. Под действие закона не подпадают издания, содержащие научную, научно-техническую, статистическую информацию, значительную историческую, художественную или иную культурную ценность для общества.
«Не смотря на ряд недостатков, данный закон необходим современному обществу. Хотя в реальной жизни родители далеко не всегда могут проконтролировать, какие передачи смотрят их дети по телевизору. Однако если у ребенка с самого раннего детства будет сформирован нравственный стержень (благодаря занятиям в спортивных, художественных, музыкальных школах), то никакая негативная информация не окажет разрушительного воздействия на детскую психику и характер», — выразила свое мнение Лариса Лекомцева.
В течение месяца закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» носил рекомендательных характер. Редакции средств массовой информации пытались самостоятельно разобраться, где, как и каким образом маркировать выпускаемый информационный продукт. Новизна этой проблемы взвалила на редакторов дополнительную нагрузку и потребовала определенных временных затрат. В то время как одни не смогли быстро сориентироваться и получили реакцию контролирующей службы (Роскомнадзор по Кемеровской области уже направил 5 писем региональным СМИ о необходимости устранения нарушений нового закона), другие, в стремлении «подстраховаться», дошли до абсурда – в частности, некоторые федеральные телеканалы придумали маркировку «14+», законом вовсе не предусмотренную. А ряд региональных печатных СМИ ставит возрастное ограничение на каждом материале. Как пояснил Валерий Жаронкин, достаточно было единожды на первой странице указать ограничение по максимальному возрастному критерию. Не лучше ситуация с городскими телеканалами.
Почему же возникают такие «перегибы»? Можно сказать, что отнюдь не бедные редакции федеральных телеканалов и известных печатных изданий боятся предусмотренных в законе штрафных санкций. Ведь в сферу действия закона попадают как зарегистрированные, так и незарегистрированные «носители информации», а также информационно-телекоммуникационные операторы и сети. И штрафы, например, за распространение немаркированных по возрасту СМИ могут составлять для юридических лиц до 200 тыс. рублей. Так что уж говорить о местных редакциях, у которых нет в запасе высококвалифицированных юристов, дабы выдержать судебные тяжбы?
Кстати, в суд из-за отсутствия или несоответствия возрастной маркировки содержанию представленной продукции с иском могут обратиться и родители. Правда, в данном случае, им придется оплатить работу независимого (и не очень дешевого) эксперта, а также его экспертное заключение. Однако на сегодняшний момент аккредитацию такому эксперту может выдать только Роскомнадзор федерального уровня, и в Кемеровской области таких специалистов нет.
Уже сегодня ясно, что предстоит внести поправки и дополнения к закону «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». «Еще на стадии инициирования и обсуждения законопроекта мы предвидели огромный пласт недоработок и несогласованностей, – сообщил Юрий Коцарь, главный консультант Комитета по вопросам образования, культуры и национальной политики Совета народных депутатов Кемеровской области. – В советские времена роль цензора выполнял художественный совет, выполнявший функцию нравственного оберега общества. В нашем регионе до 1 января 2012 года дело продолжал экспертный совет, действовавший на основании областного законодательства (в связи с вступлением в силу соответствующего федерального закона областной закон утратил свою силу). В конце октября в Совете народных депутатов Кемеровской области запланировано расширенное заседание комитета по данному вопросу, где непременно будут рассмотрены высказанные сегодня замечания».
